ЕЛЕНА ПОПОВА

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                        ТОНУЩИЙ ДОМ

 

                                                Пьеса

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                        

 

                                       Действующие лица

 

                                            

                             Анна

                             Роза Полякова

                             Учительница

                             Зигзаг

                             Хрумкин

                             Поляков

                             Первый мужчина

                             Второй мужчина

                             Депутат

                             Помощник Депутата

                             Молодожены

                             Петя, сын Анны

                             Просто мужчина

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

                                 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

МЕСТО

 

                                                  1

 

 

Дом в микрорайоне на окраине Города. Двор залит водой. Полузатоплены беседка и детская площадка. К ступеням подъезда перекинуты доски. На одном из сооружений детской площадки Петя, десятилетний мальчишка, ловит рыбу. Появляются молодожены. Они очень молоды, почти дети. Вот невеста разувается и босиком бежит по воде к дому, хохочет, брызгается водой. Жених догоняет ее, пытается поднять на руки, но это ему не по силам. Балансируя на пружинящей доске, они скрываются в подъезде. Появляется Зигзаг, парень лет тридцати двух, он в куртке с капюшоном, капюшон надвинут на глаза, ловко добирается до беседки и прячется под ее крышей, какое-то время наблюдает за домом. На балкон выходит Анна, мать Пети, в халате, потягивается, зевает. Из дверей подъезда выскакивает полноватый, крепко сбитый такой мужчина и, посвистывая, бежит по доскам от дома. В одном из окон появляется Роза Полякова – пожилая женщина со старомодной крутой завивкой, с красной, чуть зловещей, помадой, следит за уходящим.

 

А н н а(равнодушно). Женщине трудно. Одной. Особенно, если  молода, красива. Любой может сказать гадость. Беззащитна. (Потягивается.)

П о л я к о в а. Праститутка!

А н н а. Из ребра. Что тут поделаешь. Женщина из ребра! Но у меня сын. Поддержка. Я – мать. Что бы я без него? Ничто.

П о л я к о в а. Болтается дитя неведомо где!

А н н а. Петя! Петя! Нет там никакой рыбы!

П е т я. Есть! Я знаю! Я видел!

А н н а. В школу опаздаешь. (Уходит.)

П о л я к о в а. Был летчик какой-то, теперь этот… биз-нес-мен. А кто такие эти биз-нес-ме-ны? Кто такие? Жулики! Вот жулики и ходят! Жулики!

 

Показывается старик Поляков, в потертом лыжном костюме.

 

П о л я к о в. Помолчала бы, а?

П о л я к о в а. Что молчать? Что молчать? Проживи на твою пенсию! Проживи!

 

На соседний балкон выходит Хрумкий, пожилой человек, подчеркнуто аккуратно одетый, наглаженный старомодный костюм, белая рубашка, галстук, поливает цветы.

 

Х р у м к и н(не агрессивно, тоном размышления). Данте поместил сплетников в одном из кругов ада. Почему?

П о л я к о в а. А вот кому помолчать, так это вам! Помолчать-то! Поживи на мою пенсию! (С шумом захлопывает окно.)

З и г з а г. У тебя мать, да, красивая.

П е т я. Так все говорят.

З и г з а г. А ты как считаешь?

П е т я. Я тоже.

З и г з а г. Ты ее защищаешь?

П е т я. Я рыбу ловлю. Я ей рыбу поймаю.

З и г з а г. А здесь рыба есть?

П е т я. Я видел. Она по ночам прямо прыгает.

З и г з а г. Так уж и прыгает?

П е т я. Прыгает! Точно!  Я видел!           

А н н а(вышла на балкон). Петя, в школу опаздаешь!

П е т я. Иду. (Вытаскивает удочку.)

З и г з а г. Что ж ты рыбу без крючка ловишь? И поплавка нет?

П е т я. Где же я их найду?

З и г з а г. Не дело.

П е т я. Знаю.

З и г з а г. Крючок должен быть обязательно. Без крючка рыбу не зацепишь. Крючки могут быть разные, и рыба разная. Если иносказательно понимать. Понимаешь, что такое – иносказательно?

П е т я. Понимаю.

З и г з а г. В любом случае, крючок – главное дело.

А н н а. Петя!

П е т я. Иду! (Уходит, перебираясь с доски на доску.)

А н н а. В воду не свались!

 

Петя ушел. Анна на балконе, щурится от солнца, иногда искоса посматривает на Зигзага. Тот скинул капюшон, вполне симпатичный малый.

 

З и г з а г. Ну и как вам тут?

А н н а(заигрывает). Нормально.

З и г з а г. Есть места и получше. (Оглядывается.) Да…

А н н а. Зато тихо.

З и г з а г. Тихо?

А н н а. Скучновато, конечно… Но лучше так, чем…

З и г з а г. Чем?

А н н а. Много сейчас всего.

З и г з а г. Всего хватает. (После паузы.) Да, есть места и получше.

Зовут-то вас как?

А н н а. Анна.

З и г з а г. А меня Зигзаг.

А н н а. Странное имя. Неужели так мать называла?

З и г з а г. Не мать, а люди. Мать дает одно, люди другое. В точку.

(После паузы.) А что, если мне на вас жениться?

А н н а(смеется). Чего это вдруг?

З и г з а г. Я – молодой, красивый… Ну, привлекательный, короче…  И деньги водятся. (Вытащил пачку денег, помахивает.) Я вам тут что-то починю, что-то прикупим. Сына научу рыба ловить. А что? Выгода прямая, если подумать. Не обещаю на всю жизнь, вообще ничего не обещаю. Все равно это будет лучше, чем ваши варианты.

А н н а. Ка-кие варианты?

З и г з а г. Вам лучше знать, какие у вас варианты. (После паузы.) Ну что, решили?

А н н а. Да я замужем.

З и г з а г. Где муж?

А н н а. Это мне тоже хотелось бы знать. Когда все началось, вода еще до подъезда не поднялась, а как раз там, где вы стоите... Он во что-то влип. В какую-то историю, да я не разбираюсь. А потом сбежал.

З и г з а г. Куда?

А н н а. Это мне тоже хотелось бы знать. Вначале передавал деньги, через случайных людей. А потом и это закончилось.

З и г з а г. Может, к лучшему, что вы замужем. Проще… Но условия те же. Что-то починю, что-то купим. Сына научу рыбу ловить.

А н н а. Вам-то какая выгода?

З и г з а г. Есть, если я предлагаю. Потом, вы мне нравитесь… Мне стоит раз взглянуть на женщину, чтобы сказать – нравится она мне или нет, по мне или не по мне. Вы по мне. Что тут раздумывать? Если мимо плывет что-то, хватай и все. Зеванешь – кранты, рыбка уплыла. По рукам?

А н н а(смотрит на деньги). Я – рыхлая, вялая. Я знаю.У меня есть красота, но совершенно нет куража. Я всегда плыла по течению, что принесло, то принесло, что уплыло, то уплыло. Будем считать, что вас ко мне принесло.   

З и г з а г. Я прямо говорю – не навсегда.

А н н а. Пусть и не навсегда.

 

                          Зигзаг быстро уходит в подъезд.

 

                                                 жжж

   Хрумкин на балконе возится с цветами. В окне появляется   

   Полякова.

 

П о л я к о в а. Муж! Откуда он взялся. Муж-то? Откуда взялся?

П о л я к о в. Помнишь, ходил? Маленький такой…

П о л я к о в а. Тот маленький был, а этот здоровый бугай.

П о л я к о в. Муж так муж. Не все равно?

П о л я к о в а. Все, да не все! Из дому не выходит. Прячется! Видно, жулик!

Х р у м к и н. Данте…

П о л я к о в а. А ты помолчи! Нужен мне твой Данта! Не знаю никакого Данта! Тоже умник? Кругом умники, а жизни нет!

Х р у м к и н. Злобы много в мире.

П о л я к о в а. А с чего это мне быть доброй? Проживи на мою пенсию! Вчера каша, сегодня каша! А я бананчик хочу, яблочко хочу! Я конфет давно не ела, халвы с орехами! С чего это мне быть доброй?

 

           Появляется мужчина имевший место быть в первой сцене.

           В руках – цветы, под мышкой – коробка конфет. Перед тем,

           как зайти в подъезд, почему-то оглянулся. Осторожно стучит

           в дверь квартиры Анны. Открывает Зигзаг.

              

З и г з а г(абсолютно невежливо). Тебе чего?

М у ж ч и н а(теряясь от неожиданности). Анна Сергеевна… проживает?

З и г з а г. Ну, проживает. И я проживаю.

М у ж ч и н а. А вы, собственно, кто?

З и г з а г. Я? Муж.

М у ж ч и н а. Муж?

З и г з а г. Муж. А что? Думаете, не подхожу?

М у ж ч и н а. Я, знаете… Странно…

З и г з а г. Женщина устроила свою жизнь, что тут странного?

М у ж ч и н а. Да я ничего…

З и г з а г. Вы на ней не женились, а я женился.

М у ж ч и н а. Я? Да…

З и г з а г. Цветы возьму. Ей покупали?

М у ж ч и н а. Ей.

З и г з а г(берет цветы). Передам. А там у вас что?

М у ж ч и н а. Конфеты…

З и г з а г. Давайте конфеты.

М у ж ч и н а. Ребенку…

З и г з а г. Давайте ребенку. Ребенок никуда не делся. Все. Пока. (Легонько толкает мужчину  в спину.) Пока, сказал. Топай!

М у ж ч и н а(обескураженно). Пока.

         

         Мужчина ушел. Выйдя из подъезда, на секунду остановился,

         развел руками, хлопнул себя по ляжкам, с досадой сказал:

         «Эх!»

 

З и г з а г. Анна!

 

                                 Появляется Анна.

 

Цветы, конфеты!

А н н а. Спасибо.

З и г з а г(открыл коробку, ест). Ну, мы с тобой, вроде, неплохо ладим?

А н н а. Неплохо.

З и г з а г. Я тебе кухню привел в порядок. Еще кое-что подтяну. И по ночам все вполне. Как говорится, повторение ведет к совершенству.

А н н а. Нормально все.

З и г з а г. Конечно, не сказал бы, что ты героиня моего романа, хоть ты и по мне. Ты – расслабленная женщина. Куража в тебе нет.

А н н а. Куража нет.

З и г з а г. Ходишь, смотришь, непонятно о чем думаешь.

А н н а. Ни о чем.

З и г з а г. Вот-вот! Это самое темное и есть! Когда ни о чем.

А н н а. Ни о чем.

З и г з а г. А потом вдруг явится это «ни о чем» из темноты. И тебя удивит, и меня.

А н н а. Бывает.

З и г з а г. Я этого не люблю. Темноты. Я люблю, когда солнечно. Если тени --четкие тени. Там – тень, а там -- свет. Понимаешь? Короче, кухню привел в порядок, розетки, лампочки, утюг починил. Скоро уйду. Ты уж не обижайся.

А н н а. Ладно.

З и г з а г. Я – ветер, вольная птица. Для меня свобода, как воздух.

Ты могла бы жить без воздуха?

А н н а. Нет.

З и г з а г. И я не могу. (После паузы.) Да тебе, наверное, все равно.

А н н а. Не все равно. Но если хочешь уходить – уходи.

З и г з а г. Не хочу, а надо. Разные вещи. Надо. А пока… Если меня будут спрашивать, говори на работе. Ладно?

А н н а. Ладно.

З им г з а г(подумал). Или спит после работы. Тебе совсем неинтересно, кто я, откуда, чем занимался. Тебе все равно? Не спрашиваешь. Темная ты женщина. Тени у тебя не четкие. Не похожа на других. Женщины – они ведь все любопытные.

А н н а. Что нужно, сам скажешь.

З и г з а г. Если бы это был мой сын, я бы не ушел. Ты поняла?

А н н а. Поняла.

З и г з а г. Твой муж ушел, а я бы не ушел. Поняла?

А н н а. Поняла. А что муж? Ясно все с мужем. Я ему говорила – слабый ты человек. Любой обманет. В Польшу ездил, товар привозил. В большие долги влез, а товар не пошел. Не всякий товар идет.

З и г з а г. Рассчитывать надо.

А н н а. Рассчитывал, а тут не рассчитал. Останусь, -- говорит. – прибьют.

З и г з а г. Конечно, прибьют.

А н н а. Сначала деньги передавал, через случайных людей, потом вовсе исчез. Может,  умер…

З и г з а г. Все бывает.

А н н а. С сыном  не попрощался.

З и г з а г. Я бы попрощался. Я его научил рыбу ловить.

А н н а. Да не поймал он ничего. Что тут поймаешь? Старую галошу?

З и г з а г. Главное, -- сможет. Поняла? На разную рыбу разная снасть. Я иносказательно говорю. Поняла?

А н н а. Поняла.

З и г з а г. Сможет. (После паузы). О чем ты думаешь?

А н н а. Ни о чем.

 

                                             жжж

 

К дому подходят двое мужчин. Один – довольно мрачного вида, второй будет повеселее. Появляется Полякова, выносит мусор.

 

М у ж ч и н а. Здравстуйте.

П о л я к о в а. Если не шутишь…

М у ж ч и н а. Что мне с тобой шутить? Никакого интереса. Давно здесь?

П о л я к о в а. Вроде, давно. А как вспомнишь, так будто вчера въехали. Я на новоселье такой салат сделала, давно такого салата не ела.

М у ж ч и н а. Так это, наверное, еще до воды ты свой салат ела?

П о л я к о в а. А то! Конечно, до воды.

М у ж ч и н а. Вода давно поднялась, а ты свой салат ела вовсе во тьме веков. Разное у нас с тобой «давно».

П о л я к о в а. Что прошло, прошло. Что недавнее, что давнее. Прошло и нет ничего. Нет ничего! Нет ничего! (Обнажая зубы, двух передних нет, злобно.) Хы!

М у ж ч и н а. Это ты мне говоришь – «хы»?

П о л я к о в а. Тебе, тебе!

М у ж ч и н а. Издеваешься?

П о л я к о в а. С чего это мне издеваться? «Ха-ха» -- это «ха-ха». А «хы» – это «хы».

М у ж ч и н а. Я понимаю – более сложные чувства.

П о л я к о в а. Я в собесе работала. Красавица, комсомолка!

М у ж ч и н а. Были такие во тьме веков?

П о л я к о в а. Были! Красавица, комсомолка! Юбка, кофта… Грудь у меня была, -- это что-то.

М у ж ч и н а(после паузы.) Ладно, поверю.

П о л я к о в а. В собесе работала. Райком, горком, райисполком… Слова-то какие! Сладкие. Двери, поверишь, ногой открывала. Они все ко мне, как мухи на мед. Розочка, Роза… Роза – это я, понял?

М у ж ч и н а. Понял.

П о л я к о в а. Сладкие слова, первомайские, праздник весны и труда. А у меня глазки ясные, голос громкий, звонкий…

М у ж ч и н а. Да вы и сейчас орете не слабо.

П о л я к о в а. Любили меня, ой любили… По службе шла, как по рельсам. А теперь что?

Му ж ч и н а. Что?

П о л я к о в а(обнажая беззубый рот). Хы! А я бананчик хочу, халву с арахисом! Салатик с крабами!

М у ж ч и н а(дает ей деньги). На тебе, старуха, разжалобила. Бананчик купишь. Только уж, давай, поднапрягись… (Приблизился к ее уху, тихо.) Кто-нибудь новый в доме не появлялся?

П о л я к о в а(не задумываясь). Есть! Есть! Вон окно и балкон. У него денег нет, а он все ночами свет жжет. (С ненавистью.) Денег нет, а он свет жжет! Данта! Данта! Что за Данта такой? Хорошо бы проверить!

М у ж ч и н а. Давно появился?

П о л я к о в а. Лет тридцать живет. Да я бы его, если б знала, да в мое время!

М у ж ч и н а. Ты, бабка, что-то не то гонишь. Я о молодом говорю. Не появлялся молодой?

П о л я к о в а(с готовностью). А! Появлялся, появлялся! Вон у той праститутки.

М у ж ч и н а. Что, действительно праститутка?

П о л я к о в а(с ненавистью). Все молодые теперь праститутки, дряни! Все молодые! Говорит, муж! Видали мы такого мужа, ой видали!

 

        На балкон вышла Анна, меланхолично смотрит куда-то вдаль.

 

М у ж ч и н а. Красивая…

П о л я к о в а. Вот я была в мои-то годы. А эта – так, хы.

М у ж ч и н а. Стихни, бабка, испарись. Иди халву покупай.

 

         Полякова ушла. Мужчина подходит к Анне поближе.

 

Муж дома?

А н н а. На работе. А что?

П о л я к о в а(обернулась, шипит). Нет у него никакой работы! Дома сидит. Уж я все, все глаза проглядела – куда-то он ходит, куда? Дома сидит!

М у ж ч и н а. В квартиру-то пустишь? Я его у вас подожду.

А н н а. Сказала – муж на работе. Еще буду чужого человека в дом пускать.

М у ж ч и н а. Ну так я здесь подожду. У меня время есть. Все время – мое.

 

                             Анна вернулась в квартиру.

 

А н н а. Тебя спрашивали.

З и г з а к. Вот, черт! Уйти не успел. Мальчишку пожалел! Учил, как рыбу ловить. У меня таких несколько будет. Никого не видел, никого не растил, а тут чужого пожалел.

А н н а. А меня?

З и г з а г. Ты – женщина рыхлая, вялая, мужика не удержишь. Что прибьет – твое, унесет – потеряла. Мужика, знаешь, как держать надо?

А н н а. Как?

З и г з а г. За жабры.

А н н а. Значит, меня не жалко?

З и г з а г. Чего тебя жалеть? Пока красота есть, одна не останешься, а там уж как-нибудь дотянешь.

А н н а. Дотяну…

З и г з а г. Дотянешь, дотянешь. Дурное дело – не хитрое.

А н н а. Ты мне ночью такие слова говорил, муж мне таких слов не говорил. Добрый, ласковый.

З и г з а г. Что слова? Кому слов жалко? Слова – ветер. Ты смотри не до, а после. На дело смотри…

А н н а. Ты мне кухню, утюг, лампочки!

З и г з а г. Я ночью уйду… Часа в два. Самое темное время.

А н н а. Ты мне все розетки!

З и г з а г. Через балкон… Ловчее меня человека нет. Может, загляну еще, но не обещаю…

 

                   Ночь. Мужчина сидит в беседке. Подходит Анна.

 

А н н а. Он спит. Я дверь не запру… Так прямо и входите…

 

                Анна медленно уходит, за нею спокойно идет мужчина,

                за ним – второй.

                

                                                   П

        

         По двору бегают, резвятся молодожены, забегают в беседку,

         брызгаются водой. Вот молодая подняла руку, по ней стекают

         искрящиеся капли воды. С хохотом убегают в дом.        

         Хрумкин идет по настилу из досок, выносить мусор. Прутиком  

         измеряет уровень воды. Выходит Анна, тоже с ведром.

 

Х р у м к и н. Доброе утро.

А н н а. Доброе.

Х р ум к и н. Вода… Видите?

А н н а. Да…

Х р у м к и н. Поднимается. Что это у вас?

А н н а. Банки.

Х р у м к и н. Выбрасываете?

А н н а. А зачем?

Х р у м к и н. Хорошие банки.

А н н а. Пустые.

Х р у м к и н. И крышки есть.

А н н а. Вам нужно?

Х р у м к и н. Если все равно выбрасываете…Только если выбрасываете…

А н н а. Вам зачем?

Х р у м к и н. Хорошая вещь… Можно пепельницы делать.

А н н а. Разве вы курите?

Х р у м к и н. Люди курят. Рассада для цветов. Мало ли, если приложить фантазию…

А н н а. Берите, ради Бога! Мне они ни к чему, все равно выбрасываю.

Х р у м к и н. Спасибо.

А н н а. Вот уж есть за что.

                

                            Хрумкин намеревается уйти.

 

А н н а. Я вас хорошо помню. Вы-то меня вряд ли. Я у вас училась в пятом, шестом и седьмом классах. Вы такой же были, совсем не изменились. Я всегда сидела на последней парте. Я была рослая и потом… двоечница. Двоечники всегда сидят на последней парте. Учителя двоечников не любят.

Х р у м к и н. А-а-а… Что-то, что-то… Да…

А н н а. Вы были такой умный!

Х р у м к и н. Какой же я умный? Был бы я умным, собирал бы теперь эти банки?

А н н а. У многих сейчас проблемы. (С полным ведром идет рядом к дому.) В вас девочки влюблялись. Девочки всегда в учителей влюбляются. Я в вас тоже была влюблена. Я думала, вы все на свете знаете…

Х р у м к и н(берет из ее ведра еще одну банку). Эту банку я тоже возьму.

А н на. Да берите!

 

 Хрумкин ушел в дом. Анна идет выносить мусор. В конце двора

появляется легкомысленно одетая, молодая женщина. В глубь не проходит, чтобы не промочить ноги.

 

Ж е н щ и н а. Я к вам! Ваш сын уже месяц не ходит в школу!

А н н а. А вы кто?

Ж е н щ и н а. Учительница.

А н н а. Вы?

Ж е н щ и н а. Да. А что? Я пять лет училась! Слово «корова» он пишет через «а».

 

    И Учительница исчезла также стремительно, как и появилась.

 

А н н а(смущена и растеряна). А как писать слово – «корова»? Как писать слово «корова»? (В отчаянии.) Господи, как писать слово «корова»?

 

                       На своем балконе показался Хрумкин.

 

Вы не скажете, как писать слово «корова»?

Х р у м к и н. Конечно, через «о».

А н н а(с облегчением). Спасибо. (Благоговейно.) Слово «корова» пишется через «о».

         

       Между тем, во дворе показались двое мужчин. Это Помощник

       Депутата и Депутат.

 

Д е п у т а т. Дом-то недолго продержится.

П о м о щ н и к. Постоит.

Д е п у т а т. Сомневаюсь.

П о м о щ н и к. Я, знаешь, сколько таких видел? Стоят, как миленькие! На наш век постоят.

Д е п у т а т. Слушай, у тебя как с сердцем? Перебои бывают?

П о м о щ н и к. Бывают.

Д е п у т а т. Отдышка? Спина болит?

П о м о щ н и к. Все бывает.

Д е п у т а т. Держаться надо, держаться. Ты выпил меньше.

П о м о щ н и к. Не меньше. Закуска была хорошая.

Д е п у т а т. Закуска, да. Вот эти… с грибами.

П о м о щ н и к. Жульены.

Д е п у т а т. А эти…

П о м о щ н и к. По-французски.

Д е п у т а т. Я так и подумал, что по-французски.Так и подумал.  Как офранцузил нас Петр Великий и пошло. Все хотел спросить,  вилка над тарелкой,  странная такая – зачем?

П о м о щ н и к. В зубах ковырять. Шучу. Это для десерта.

Д е п у т а т. Я так и подумал, что для десерта. Так и подумал.

 

                            Помощник меряет уровень воды.

 

П о м о щ н и к. Пока откачаем, опять зальет. Так что, зачем откачивать?

Д е п у т а т. Я про костюм хотел спросить?

П о м о щ н и к. Спрашивай – отвечу. Костюм – самое тонкое дело, ответственное. Какой-нибудь глянет и все – понятно, что перед ним за человек. Лацканы потерты, ворот не модный, рубашка не свежая – все. Репутации, считай, нет. Не может такой человек что-то из себя значить. Другое дело по таким помойным дворам рыскать, это пожалуйста. Да не волнуйся. Я свое дело знаю. Через меня, знаешь, сколько таких прошло. Одного даже сморкаться учил. Президентом стал. Уж не помню, какой страны. Где-то в Африке. Дальше не пойдем, туфли намочим. (Заметил Анну.) Гражданка! Гражданка!

А н н а. Вы меня?

П о м о щ н и к. Вас! Вас! Сколько людей в этом доме?

А н н а. Я не считала. А вам – что?

П о м о щ н и к. Выборы скоро. Вот ваш депутат.

А н н а. Наш?

П о м о щ н и к. Ваш, ваш!

А н н а. Мой, значит?

П о м о щ н и к. Ваш!

А н н а. Нормальный, вроде, мужик.

П о м о щ н и к. Нормальный-нормальный! Отличный человек! Видите, нам до вас не добраться. Так не могли бы вы проявить гражданское чувство, сознательность перед обществом…

А н н а. Это я-то?

П о м о щ н и к. Вы, вы! Прошли бы по квартирам, собрали подписи!

А н н а. Я?

П о м о щ н и к. Вы, вы!

А н н а. А вам зачем?

П о м о щ н и к. Я же вам сказал – это ваш депутат! Отличный человек!

 

           В своем окне из-за занавески выглядывает Полякова.

 

П о л я к о в а. На чай бы пригласила! На чай! Может, нам что и отломится…

А н н а. Нет у меня чая.

П о л я к о в а. А я дам. Я одолжу!

А н н а. Глаза у него какие? Отсюда не видно.

П о м о щ н и к. Для вас это важно?

А н н а. Конечно, важно. Я люблю – голубые.

П о м о щ н и к(присматривается). Вроде, голубые.

А н н а. Точно?

П о м о щ н и к. Голубые.

А н н а. Я люблю блондинов.

П о м о щ н и к. Разве он не блондин?

А н н а. Вот вы – блондин.

П о м о щ н и к(после паузы). Я брошу вам подписной лист, а вы соберите подписи. Видите, нам не пройти…

А н н а. Да некогда мне.

П о м о щ н и к. Будьте сознательной, гражданка.

А н н а. А я не сознательная и не гражданка.

П о м о щ н и к. Кто же вы?

А н н а. А я сама по себе.

 

                Помощник идет к ней по доске, загребая воду.

 

(Улыбается.) Вот вы – точно блондин. (После паузы.) Ножки промочили… Пойдемте ко мне, подсушу… Ножки посушим, чайку попьем.

П о м о щ н и к(нервно оглянулся). Я скоро… (Уходят в подъезд.)

 

Депутат остается в некоторой растерянности, но скрывает это. Прохаживается по сухому пространству, иногда в нетерпении поглядывает на дом. Из подъезда выскакивает Помощник, он без брюк, взбешен до крайних пределов.

 

Мерзавка! Тварь!

 

На балконе появляется Анна, бросает брюки.

 

А н н а(смеется). На! Умный! Бесплатно и птички не поют! Я тебе знаешь, где подпишусь? Знаешь! Блон-динчик!

П о м о щ н и к. Мерзавка! Пойдемте! Без них обойдемся! Через меня, знаешь, сколько прошло. Подписи будут. Дома эти паскудные провалятся, а подписи будут!

 

                                           жжж         

  

        В окне – Поляков. Анна, облокотясь о перила, стоит на балконе.

        На свой балкон выходит Хрумкин.

 

П о л я к о в. Чем люди отличаются от лягушек? Лягушки любят сырость. А люди этого не любят. Люди любят, чтобы было сухо. И те и другие – природа. Но лягушки – это лягушки. А люди – это люди. Люди не лягушки.

П о л я к о в а(появилась в окне). Залило все. Как же я в магазин схожу?

А н н а. Да у вас запасов до следующего лета.

П о л я к о в а. Что тебе мои запасы!

П о л я к о в. Я бы сейчас огурчик съел, с картошечкой.

П о л я к о в а. Вот только что ел.

П о л я к о в. Когда ж только? Забыл когда. Сама-то ела.

П о л я к о в а. Когда это я ела?

П о л я к о в. Ела, я видел!

П о л я к о в а. Если и съела кусочек хлебца…

П о л я к о в. С маслицем. Сверху сахарком. Сама ест. Мне не дает.

П о л я к о в а. Врет он все. Все врет. Все врет. Вот тебе хлеб. А до маслица еще дожить, до маслица еще дойти.

П о л я к о в. Сама-то с сахарком! Видел.

П о л я к о в а. Директором бани был, директором театра был, директором швейной мастерской был. Заговаривался иногда, думала – пустяк. Теперь все есть просит и несет абы что! Не ту дверь открыла!

А н н а(флегматично). Что вы там делаете с этими банками? Пепельницы, рассаду…

Х р у м к и н. Можно запасы хранить.

А н н а. Нет у меня запасов. Сын придет, чем накормлю?

С т а р у х а(высовывается из окна). Молодая, здоровая! Работать иди!

А н н а. Я – вялая, пассивная. В школе на последней парте сидела. Что там учителя говорили – ничего не слышала.

С т а р у х а. Вон они – учителя! Такие учителя! Надо, чтоб слышали!

Х р у м к и н. Пятьдесят лет учил. И сейчас бы пошел…

С т а р у х а. Вот и иди, иди!

Х р у м к и н. Да уж не дойду…

С т а р у х а. А ты иди, иди! Учитель!

Х р у м к и н. Ноги не носят.

С т а р у х а. Мазью помажь, таблеточку выпей! Мази нет, слюнкой потри. Иди!

А н н а(флегматично). Жильцы с первого этажа пошли…

Уходят…

С т а р у х а. Значит, достало. Догнала вода-то.

А н н а. Ко мне просились вчера…

С т а р у х а. Так я их и пущу! Пустила я их!

А н н а. Да мне и самой тесно.

С т а р у х а. Вон кто пустил, он пустил.

Х р у м к и н. Ребят тихие.

П о л я к о в а. Жить негде, есть нечего, а им – жениться!

Х р у м к и н. Дело молодое.

П о л я к о в а. Родители-то бросили, как щенков в воду. А он – пустил!

Х р у м к и н. Пусть живут. 

С т а р у х а. Раз поселились, значит, выживут. Знаю я этих людей, насмотрелась в собесе-то. Дай палец, руку откусят. Знаю!

Х р у м к и е. Злобы много в мире. (Ушел.)

С т а р у х а. А он все про мир, все про мир! Про себя бы подумал!

Хорошие-то люди подумали о себе! (Ушла.)

 

     Появляется Помощник. Он совсем в другом настроении. В

       интонации что-то заискивающее.

 

П о м о щ н и к. Женщина…

А н н а. Ау?

П о м о щ н и к. Так как же насчет подписи?

А н н а. Моя, что ли подпись нужна?

П о м о щ н и к. Хотелось бы…

А н н а. Ладно, поднимайтесь. Так и быть, подпишусь. По полной программе.

              

     Помощник быстро заходит в подъезд. Анна увидела во дворе

     Петю.

 

(Заголосила.) Что ж ты в школу-то не ходишь, сынок! Что ж ты в школу не ходишь? Надо в школу ходить! Горе мне с тобой! (После паузы.) Сына! Сынок! Посиди полчаса в беседке. Потом в магазин. Колбаски купишь, маслица, конфеток.

П е т я. Я кока-колу хочу!

А н н а. Купишь, сынок! Купишь! Что захочешь, то и купишь.

 

                                                 Ш

 

 

       Сумрак. Дверь тихо отворяется, проскальзывает темный силуэт.

 

А н н а. Кто там?

З и г з а г. Свои.

А н н а. Кто… свои?

З и г з а г. Не узнаешь?

А н н а. Голос переменился.

З и г з а г. Охрип.

А н н а. Пришел отомстить?

З и г з а г. Я женщинам не мщу.

А н н а(провела рукой по его лицу). Что у тебя с лицом?

З и г з а г. Ударился.

А н н а. Это шрам.

З и г з а г. Сильно ударился.

А н н а. Ты сказал, не вернешься.

З и г з а г. Я сказал, может быть.

А н н а. Может быть – это может быть.

З и г з а г. Где сын?

А н н а. Не знаю. Где-то.

З и г з а г. Нет мужской руки.

А н н а. Нет.

З и г з а г. У него плохой возраст.

А н н а. Плохой.

З и г з а г. С такими все может быть.

А н н а. Я знаю.

З и г з а г. Как сама?

А н н а. Как обычно.

З и г з а г. Плохо? Хорошо?

А н н а. Как обычно.

З и г з а г. Мужской руки нет.

А н н а. Нет.

З и г з а г. Вода поднимается. Скоро здесь все зальет. Не боишься?

А н н а. Мне все равно.

З и г з а г. Почему?

А н н а. Устала.

З и г з а г. В каком мире ты живешь?

А н н а. В своем. (После паузы.) А ты?

З и г з а г. У меня другой мир. В твоем мире сидят и ждут. Утром – вечера. Вечером – утра. Сны смотрят.

А н н а. Я люблю сны.

З и г з а г. А в моем мире надо все время бежать.

А н н а. Куда?

З и г з а г. Это и я не всегда знаю. Бежать и ловить…

А н н а. Что?

З и г з а г. Удачу. А она, как солнечный зайчик. То – здесь, то – там… Я люблю свой мир.

А н н а. Что же ты ко мне пришел?

З и г з а г. Не пришел, а зашел, заглянул. На бегу. Это разные вещи. Как сын?

А н н а. Ты уже спрашивал.

З и г з а г. Нет мужской руки. (После паузы.) Я лодку принес.

А н н а. Зачем?

З и г з а г. Куда ты денешься, когда все зальет?

А н н а. Да некуда деваться.

З и г з а г. Вот она, лодка. (Пытается ее обнять. Анна отстраняется.) Ты что?

А н н а. Нет!

З и г з а г. Я простил, а ты – нет?

А н н а. Нет. (После паузы.) Мне ждать, а вам за удачей гоняться? Так не хочу!

З и г з а г. Я тебя помнил. Я тебя простил. Женщин много, куда ни глянь – женщины! Всех забыл, тебя помнил. Хитрая!

А н н а. Это еще почему?

З и г з а г. За жабры не держишь. Я тебе лодку принес!

А н н а. Сначала муж деньги передавал, а потом нет. Я все его фотографии убрала, лицо забыла. Ночью проснусь, хочу вспомнить, а вспомнить не могу! А был ли у меня муж? Был ли муж?

З и г з а г. Сын есть, значит, был.

А н н а. А может ветром занесло, сына-то? Вон семена летят! Вещи продавала, чужой двор мела, лицо прятала, чтоб знакомые не увидели. Мой-то меня на работу не пускал, к ноге привязал, как собаку, – сиди. Ревновал. Маленький был, неказистый. Такие – ревнивые. (После паузы.) Потом один человек говорит -- платок развязался, лицо увидел, -- говорит… Красивая, молодая, будет тебе чужой двор мести, приходи утром, когда жена уйдет, я больше дам. Плакала, так плакала… Такой он был… поганый… Склизкий… как жаба.

З и г з а г. Что вспоминать! Я тоже дерьма нахлебался. Начнем с чистого листа.

А н н а. Сказала себе – все. Сказала, как отрезала. Все! Все! Если так, значит, так. Умерла душа. Без души легче.

З и г з а г. Как умерла, так и воскреснет. Я много, чем занимался, Анна. Порох нюхал, на войне побывал, смерть свою видел, вот как тебя, землю для собственной могилки рыл. На ребят кое-каких поработал. В дерьмо влип, из дерьма выполз. У меня – семь жизней. Не все еще прожил. Теперь хочу начать с чистого листа.

А н н а. Со мной, что ли?

З и г з а г. А почему не с тобой? Я сразу могу сказать, по мне женщина или не по мне. Ты по мне. А мир пусть идет по своим путям, нам до него дела нет. Катится к чертям собачьим! Он сам по себе – мы сами по себе.

А н н а. Так не бывает.

З и г з а г. Бывает. Вот она – лодка. Когда вокруг заливает, лодка – главная вещь.

 

ЛОДКА                  

 

                                                  1

 

      Анна и Зигзаг в резиновой лодке. Двор вокруг еще больше

      залит водой.

                 

 

А н н а. А что? Здесь хорошо. Сухо.

З и г з а г. Конечно. Это старая десантная лодка. Испытанная в деле. Продукты положи сюда.

А н н а. Какие у меня продукты?

З и г з а г. Купил за три бутылки водки. Мог бы за одну. Старика пожалел. Он бы и за одну. Значит, нравится?

А н н а. Нравится.

З и г з а г. Убаюкивает, как в утробе матери. Знаешь, как в утробе матери? Забыла. Я тоже забыл. Но знаю, -- хорошо там было. В этой утробе. Лучше не бывает. Лучше потом не было. Вот здесь и перекантуемся. А там – вода сойдет, жизнь наладим. Знаешь, как заживем?

А н н а. Как?

З и г з а г. Хорошо! Хорошо заживем! Как надо! Мы никому не нужны, Анна! Если еще много, куда ни шло. Когда на вес, как картошку! Много, еще кому-то понадобимся. В шеренгу поставить. Или лопаты в руки – котлован рыть. Или бюллетени заполнять, выбирать всякое чмо нами с тобой руководить. А по-одному… Шутишь…

А н н а. Я знаю.

З и г з а г. Знаешь, только не представляешь масштаб. Я масштаб представляю. По-одному – сдохнем, как падаль, на краю дороги… Я много раз сдыхал. Знаю. По одному мы почти что ноль. Вот я эту лодку и пер. Знаешь, за сколько километров? Тысячи две будет!

А н н а. А тот, кто тебе лодку продал, он-то как?

З и г з а г. Помер старый десантник. От водки моей и помер. Пожадничал. Оторваться не мог.

А н н а. Жалко.

З и г з а г. Понятно, что жалко. Не я ему эту водку в горло лил. Ничего, счастливым помер. Тоже хорошее дело.  Все свои лучшие годы вспоминал. Знаешь, когда у него были лучшие годы? Когда десантником был, врагов резал. Лучше всего, -- говорил, -- когда знаешь, кто враг, и можешь с него скальп снять. Теперь, говорит, все враги, особо, когда дело до дележки. Тетка-то твоя где?

А н н а. Какая тетка?

З и г з а г. Соседка твоя.

А н н а. Там, где всегда.

З и г з а г. Подмокает, наверное?

А н н а. Злая она.

З и г з а г. Злым тоже жить надо.

А н н а. Вот у кого запасы есть.

З и г з а г. Тем более, аргумент. Эй! Тетенька! Не хочешь к нам?

 

                                  Появляется Полякова.

 

Только сначала надо договориться. Мы тебе сухое местечко, ты нам харчи.

П о л я к о в а(лезет в лодку, обвешана сумками и узлами).Да какие там у меня харчи! Какие харчи!

З и г з а г. А вон что за собой тянешь. Припасы. Или – делись, или – давай назад! (Как бы невзначай ощупывает узлы.) А это что за тряпки?

П о л я к о в а. Так, занавесочки ! В Варшаве покупала, в командировке. К празднику хотела повесить.

З и  з а г. До праздника еще надо дожить.

П о л я к о в а. В гостинице сухую колбасу грызла. Водичкой из-под крана запивала. Командировочные экономила. Занавески привезла, стаканы, скатерти…

З и г з а г. Вспомнила бабушка, когда замуж выходила! Куда теперь это барахло?

П о л я к о в а. К празднику повешу, в стаканчики винца налью. Винцо переливается, занавесочки поблескивают. Мне радость!

З и г з а г. Что-то у тебя занавесочки больно тяжелые. И стучит что-то…

П о л я к о в а. Так они ж с люрексом.

З и г з а г. Выходит, люрекс стучит?

П о л я к о в а. Люрекс, люрекс! А я тебе за занавесочки, за место, -- банку огурчиков.

З и г з а г. Хитрая! Ну, хитрая! Старик-то твой где?

П о л я к о в а. На шкафу.

З и г з а г. Ну, я молчу.

П о л я к о в а. Хорошо ему на шкафу. Сухо. Тепло. Хорошо на шкафу.

А н н а(задумчиво). Надо учителя позвать. У него, может, и шкафа нет.

З и г з а г. Что за человек?

А н н а. Хороший человек.

З и г з а г. Это не аргумент. На хлеб не намажешь, в банк не положишь.

А н н а. Как его зовут, не помню… Знала, наверно…

П о л я к о в а(мрачно). Борис Михайлович Хрумкин.

А н н а. Борис Михайлович!

                                    

                                     Показывается Хрумкин.

Как у вас?

Х р у м к и н. Залило немного.

А н н а. У вас же ноги больные.

Х р у м к и н. Да ладно. Как говорят? Снявши голову, по волосам не плачут.

А н н а. Давайте к нам.

Х р у м к и н. Я не один.

П о л я к о в а. Соседи у него, с первого этажа. Жить негде, есть нечего, а им жениться! Родители-то бросили, как щенков в воду.

А н н а. У него ноги больные и шкафа нет. Ее-то пустил, за банку огурцов.

З и г з а г. Банка огурцов – тоже продукт. (После паузы.) Ладно! Залезай. Лодка резиновая – растянется. 

     

      В лодке появляются Хрумкин и молодожены. Притихшие, но по-

      прежнему занятые друг другом. У Хрумкина в руках пакет, 

      стучат банки.

 

И тут банки?

А н н а. Он из них пепельницы будет делать. Или для рассады…

З и г з а г. По-нят-но… (После паузы.) Он тебе кто?

А н н а. Учитель. Давно. Еще в школе.

З и г з а г. Педофил?

А н н а. А что это?

З и г з а г. Приставал к тебе?

А н н а. Дурак! Ты никому не веришь. Я тоже не верю, но не всем же!…

З и г з а г(после паузы). …Меня черножопые к стенке поставили. Сейчас тебя порешим. Ну, не к стенке. Спиной. Впереди поле. Пустое. Не к стенке. Просто к ним спиной. А я ни за них. Ни против. Я по их территории шел. Я ничей! Я сам себе свой. Я ветер. Пустое поле. Солнце на горизонте. Красное. К дождю. А, может, не к дождю. Да врут приметы! За что, говорю, пацаны? Я еще жить хочу! А они – мы против твоей страны воюем. При чем здесь страна, пацаны? Я сам себе свой. Когда по мне всякий кому ни лень оттягивался, катком проходил, где была эта страна? Засудили мальчишечку в шестнадцать лет за три пирожка! Тетка судила, точно твоя соседка, глаза -- пуговицы, прическа – один к одному, как у барана, смотрит – не видит, про занавески думает, с люрексом! Смотрит – не видит. Засудила. За три пирожка. Вот она и есть страна. И мне за эту лупоглазую курицу с жизнью прощаться? Я сам себе свой. А они. Копай себе могилу. Здесь земля мягкая, руками копай. А земля, Анна, она мягкой не бывает. А что? Копал!

А н н а(после паузы). Как же ты спасся?                                                                             

З и г з а г. Да мужик подошел. Командир, наверное. Посмотрел на меня, зорко так посмотрел и говорит. Отпустите его. И так много крови. Он не их и не наш. Он сам себе свой. 

 

                                              Пауза.

 

А н н а. А здесь хорошо. Убаюкивает.

З и г з а г. Я говорил.

А н н а. Когда в доме вода, сыро, противно. А здесь кругом вода. А хорошо. Очень.                                                     

Х р у м к и н. Все мы вышли из воды, если верить Дарвину.

З и г з а г. А если не верить?

Х р у м к и н. Если не верить, тоже. Сначала пришли Боги. Их было множество. Боги воды, ветра, камня, рек, озер, деревьев… Думаю, это было великолепно. Человечество-ребенок играло в эти изумительные игрушки.

А н н а. А потом?

Х р у м к и н. Потом пришли герои. Ведь в героях  нуждались не меньше, чем в Богах. Герои – это идеал. Доблесть. Самоотверженность. Бескорыстие. Дружба. Как молодому миру без идеала?

А н н а. Сейчас старый мир? Я всегда это чувствовала! Я никому не верю… Не всем, но почти никому… Вам я верю! Сейчас старый мир? (После паузы.) Как бы я хотела жить в молодом мире! (Заплакала.)

З и г з а г. Что ты хнычешь?

А н н а. Я так мало знаю! В школе на последней парте сидела!

Г о л о с  П о л я к о в а. Роза! Роза!

З и г з а г. Кто это кричит?

П о л я к о в а. Мой. Есть просит. (Громко.) Подожди до обеда! (Тише.) До обеда далеко.

З и г з а г(усмехнулся). Голодом моришь?

П о л я к о в а. Да жорный стал. Так все и съел бы! Тепло на шкафу, сухо. До обеда подождет.

З и г з а г. До обеда далеко…

 

Вдали, на потопленной беседке появляется Депутат. Он в трусах, рубашке с галстуком, сложенный костюм держит на голове. Видимо, часть пути преодолел вплавь. Забирается в лодку.

 

Д е п у т а т(освобождая место между Хрумкиным и молодоженами). Разрешите… (Раскладывает по борту лодки одежду. Доволен. Отдыхает.) До суши далеко?

П о л я к о в. А кто ж тебе будет знать, где эта суша. У нас тут все залило. Где ж та суша?

Д е п у т а т. На Пролетарской, говорят, спадает.

П о л я к о в а. Как же спадает? Пролетарская, куда идет? Вниз идет. Как же спадает? Там теперь самая топь. Я как на Пролетарскую в магазин ходила, туда еще хорошо, с горы, а назад, в гору, еле тащусь. Как же спадает?

Д е п у т а т. Ничего, ничего. Работа идет.

П о л я к о в а. Какая такая работа?

Д е п у т а т. Какая надо!

П о л я к о в а. Знаю я вашу работу! В собесе работала. Галочку поставили, вот и вся работа.

З и г з а г. Что раскудахтались? Между прочим, это моя территория. Гражданский кодекс. Святая вещь. Частная собственность. Знаете, что такое частная собственность? Так вот это – частная собственность. Моя лодка. Влез, даже разрешения не спросил.

Д е п у т а т(миролюбиво). Да я только… Костюм пропадет. Жалко…

З и г з а г. Дорогой что ли костюм?

Д е п у т а т(после паузы). Дорогой…

З и г з а г. Расцветка, что надо.

А н н а. А глаза не голубые… Блеклые какие-то… Что-то с чем-то.

З и г з а г. Ты его знаешь?

А н н а. Так это ж наш депутат! 

З и г з а г. Кто?!

П о л я к о в а. Депутат! Точно депутат!              

З и г з а г. Много повидал… Но такого… голого депутата!

Д е п у т а т. Да ладно…Такой же человек…

З и г з а г. Это мы видим. Туфли-то где?

Д е п у т а т. Были да сплыли…

З и г з а г. Это хорошо.

Д е п у т а т. Что сплыли?

З и г з а г. Чувство юмора не теряешь.

Д е п у т а т. Так действительно сплыли. В прямом смысле этого слова.

З и г з а г. Хорошие туфли?

Д е п у т а т. Хорошие.

З и г з а г. Дорогие?

Д е п у т а т. Дорогие. У меня размер неудобный. Сорок третий – мал. Сорок четвертый – велик.

З и г з а г. Выходит, эти были сорок четвертый?

Д е п у т а т. Сорок четвертый.

З и г з а г. Не рассчитал.

Д е п у т а т. Как тут рассчитаешь? Кто знал, что плыть придется.

З и г з а г. Холост, женат?

Д е п у т а т. В разводе… С сыном встречаюсь, алименты… Нареканий нет.

З и г з а г. Что так?

Д е п у т а т. Характерами не сошлись.

З и г з а г. Вначале сходились? Неплохо вначале было-то? Медовый месяц! Уси-пуси!

Д е п у т а т(что-то вспомнил, усмехнулся). Вначале, да…

З и г з а г. А потом, не сошлись?

Д е п у т а т(жестко). Разные люди.

З и г з а г. Опять не рассчитал? Как же ты нами руководить собираешься, если собственную жизнь рассчитать не можешь?

Д е п у т а т. Что я, не человек? Такой же, как вы. Живой.

З и г з а г. Такой, да не такой. (После паузы.) Миру мир, да? Хлеб голодным, земля – народу! Да? Цены ниже, зарплаты выше. Пенсионерам достойную старость! Я знаю – как! Ты знаешь, -- как?

Д е п у т а т(после паузы). Знаю.

З и г з а г. Знаешь?

Д е п у т а т(упрямо). Знаю.

З и г з а г. Откуда ж ты это знаешь?

П о л я к о в а. Проживи на мою пенсию! Вон у него костюмчик… Понятно, какой… бережет… А мне на сахарок не хватает.

З и г з а г. Может, макнем, для ясности. Лучше дойдет…

Д е п у т а т. Да что вы, товарищи!

З и г з а г. Нет здесь никаких товарищей. Товарищи при советской власти остались. Здесь люди.

Д е п у т а т(пятится, спотыкается, чуть не летит в воду, но костюм все бережет). Люди! Да что вы, в самом-то деле? Вы же меня не знаете!

З и г з а г. Знаем мы тебя.

П о л я к о в а. Ох как знаем!

З и г з а г. Знаем таких! На наших костях жизнь свою строят. Свою рассчитать не могут, а нашу рассчитывают. Картину когда-то видел, иллюстрацию из  «Огонька», у кореша на стене висела, там пирамида черепов. Всю жизнь помню. Только картина не дописана. Дописать бы… Такие, как ты, по ним наверх карабкаются. По нашим черепам.

Х р у м к и н. Верещагин.

З и г з а г. Что?

Х р у м к и н. Картина художника Верещагина.

З и г з а г. По мне, что Верещагин, что – нет. Картина жизненная.

Д е п у т а т. Люди! Я действительно… Я хочу! Я тоже… У станка. На вечернем. Руки в мозолях.

З и г з а г. Вот-вот! Такие самое скверное. Те – уже наелись, а эти еще нет.

Д е п у т а т. Искренний я, люди!

З и г з а г. Все вы искренние, пока до корыта не добрались.

П о л я к о в а. Макни его, макни! Пусть почувствует!

З и г з а г. Как молодежь скажет? Молчит, молодежь?

А н н а. А что? Почему не мокнуть? Я-то думала – у него глаза голубые.

 

Зигзаг все надвигается на Депутата и дело может принять скверный оборот, как вдруг в кармане так береженого депутатского костюма звонит мобильник. Это незначительное событие оказывает на всех отрезвляющее и даже парализующее действие.

 

З и г з а г. Хорошо. Связь.

Д е п у т а т. Але? Але! Ничего не слышу! Не слышу! (После паузы.) Вода попала. У… вас есть мобильник?

П о л я к о в а. Чего, чего?

Д е п у т а т. Мобильник…

П о л я к о в а. Зачем мне мобильник? Кто мне позвонит? Может, президент? Как живете, товарищ Полякова? Пенсии хватает? Или господь Бог мне позвонит? Готовься, товарищ Полякова, скоро призову! Макни его, парень, макни!

А н н а. У него глаза не голубые, я думала голубые…

Х р у м к и н. Я этого звонка, может быть, всю жизнь жду… Существование Бога, конечно, вопрос веры. Но я – агностик, мне нужны доказательства.

З и г з а г. Так он и позвонил!

А н н а. И что бы вы сказали, если бы он позвонил?

Х р у м к и н(задумчиво смотрит на мобильник Депутата). Не знаю… Дело не в этом. Дело в самом факте. Трудно человеку без Бога…

П о л я к о в а. А я бы сказала – проживи на мою пенсию!

М о л о д о й. А ты, чтобы сказала?

М о л о д а я(после паузы). Я бы сказала… Я бы сказала… Эй!

М о л о д о й. Просто -- «Эй»!

М о л о д а я. Просто. И не «Эй», а вот так: «Э-э-э-й! Это я! Света!»

З и г з а г. И все?

М о л о д а я. Это -- я! Све-та!

З и г з а г. Слабый ждет, сильный берет сам.

А н н а. Между прочим, тебе-то он звонил.

З и г з а г. Это когда?

А н н а. Это когда командир сказал – отпустите его.

З и г з а г. Так он командиру звонил.

А н н а. Нет, не командиру. Тебе.

П о л я к о в(крик из дома). Ро-за! Ро-за!

З и г з а г. Чего он хочет?

П о л я к о в а. Известно что – есть.

З и г з а г. Дайте ему что-нибудь. Вон, припасы…

П о л я к о в а. Какие такие у меня припасы!

П о л я к о в(крик из дома). Ро-за!

П о л я к о в а. Ничего, до обеда подождет.

З и г з а г. До обеда далеко.

П о л я к о в а(все больше распаляясь, заканчивая уже совершенной истерикой). Одно только и знает – есть да спать. Есть да спать! Был немалый человек. Думала за ним, как за стеной. А вышел на пенсию, все. Нет никакой стены. Здоровый, крепкий мужчина мух давит, несет невесть что! Я ему – иди! Иди! Куда возьмут. В гардеробщики, пальто подавать. Пойдет он в гардеробщики, когда в отдельном кабинете сидел. Директором бани – был, директором театра – был, в собесе – был. Фигура! Я к Ивану Кузьмичу, я к Василию Петровичу – все по гардеробам, уже расхватали. Говорила мне мама, Розочка, не езжай в город. В деревне хорошо, морковка своя, картошка своя, сальце свое. Не послушалась. В общежитии мест нет. Комендант подмигивает. А у меня глаза синие, волосы – золотые, все мое при мне. Прописаться надо… Милиционер подмигивает… Все мое при мне. Вот так и карабкалась! Ко мне, как мухи на мед! Двери ногой открывала. А он в гардеробщики пойти не может. Фи-гура! Макни его, парень! Да я сама его сейчас макну! (Направляется к Депутату.) Обманула меня жизнь!

Д е п у т а т. Уберите эту сумасшедшую! (Прячется за Хрумкина.) Что я ей сделал? Что?!

П о л я к о в а. Обманула!

                                 

                           У депутата звонит мобильник.

 

З и г з а г. Смотри ты, ожил!

Д е п у т а т. Подсох немного… (После паузы, с опаской берет мобильник.) Але? Да… Я?  В лодке… Какой? (Щупает край.) Вроде, из резины.

З и г з а г. Обижаешь. Настоящая десантная лодка. Вещь!

Д е п у т а т. Десантная лодка. У того самого дома… Не притворяйтесь, вы прекрасно знаете, какого дома! Воду-то качают?

Ну… Жду… (Отключил телефон.)

З и г з а г. Хорошо. Связь.

П о л я к о в а(угрожающе). Воду качают? Качают воду?

Д е п у т а т(уклончиво). Работа идет…

П о л я к о в а. Знаю я эту работу, знаю! Сама сорок лет работала! (Опять бросается к Депутату, Зигзаг оттаскивает ее.)

З и г з а г. Все. Базар окончен. (Полякова делает еще одну робкую попытку.) Окончен базар, сказал! (Деловито.) Что пришлют-то? Вертолет? Подводную лодку?

Д е п у т а т(уклончиво, к нему постепенно возвращается собственное достоинство). Что-нибудь пришлют…

З и г з а г. Скоро?

Д е п у т а т. Мне работать надо…

П о л я к о в а(мрачно). Знаю я эту работу.

 

         Зигзаг думает о чем-то, что-то насвистывает. Депутат стирает

         пятнышко со своего костюма. Доносятся – шум падения,  

         крик, стон.

 

Г о л о с  П о л я к о в а. Ро-за!

З и г з а г. Я так думаю. Он со шкафа упал.

П о л я к о в а. Я его со шкафа не сталкивала.

З и г з а г. Молчи, женщина. Моя лодка. Частная собственность. Мой закон. А по моему закону – женщины мужиков обижать не должны.

Г о л о с  По л я к о в а. Ро-за…

З и г з а г. Иди, окажи мужу помощь. (Полякова мрачно молчит.) Сказал – освободить территорию.

 

            Она берет мешки и собирается перелезть с лодки на

            свой балкон.

 

Это еще зачем? Чтобы человека с пола поднять, нужны занавески с люрексом? Или у тебя там что-то еще? А? Темнишь!

П о л я к о в а. Что еще-то? Огурцы в банках…

З и г з а г. Чтобы человека с пола поднять, огурцы в банках нужны?

Или у тебя там…

        

         После паузы Полякова оставляет свои узлы, перебирается

         через балкон. Каждый занят своим. Хрумкин все думает о

         чем-то, молодожены шепчутся между собой, Анна  

         расслабленно прикрыла глаза, дремлет. Между тем, Зигзаг

         незаметно, быстро, ловко ощупывает пакеты и узлы

         Поляковой. Из одного достает тяжелый сверток, с

         улыбкой удовлетворения взвешивает на руке и прячет в карман

         куртки. Другой сверток полегче, но объемнее запихивает в

         другой карман. Ловит взгляд Депутата. Депутат

         отворачивается.

 

А н н а(не открывая глаза). Что ты делаешь?

З и г з а г. Грибы собираю…

А н н а. Зачем?

З и г з а г(усмехнулся). Плата за аренду.

А н н а. И с меня возьмешь?

З и г з а г. Ты уже заплатила.

А н н а. Не переплатила?

З и г з а г. Сдачу верну.

            

                     Торопливо возвращается Полякова.

 

П о л я к о в а. На диване лежит. На диване – хорошо, тепло, мягко. Вода подымется, на шкаф перелезет.

З и г з а г. Мужика-то накормила?

П о л я к о в а. До обеда подождет.

З и г з а г. До обеда далеко.

 

          Полякова быстро оглядывает и ощупывает свои пакеты.

          Вдруг машет рукой, задыхается, как будто ей не хватает

          воздуха.

 

П о л я к о в а(хрипло). Где? (После паузы.) Люди! Люди! Ограбили!

Люди!

З и г з а г. Не дребезжи! Кто тут тебя ограбит? (Смотрит Депутату в глаза, нагло, насмешливо.) Разве что, когда на балкон лезла, пакет в воду упал.

П о л я к о в а. В воду?

З и г з а г. В воду. (После паузы.) Думал за ним сигануть, так зачем из-за двух банок огурцов мокнуть. Не водолаз.

П о л я к о в а. Люди! Люди! Сволочь! Шельма! Жулик! Вор! Подглядывал! Вынюхивал! Все помню!

З и г з а г. Как ты огурцы солила? Так я и без подгляда знаю, что ты за человек. А когда знаешь, что за человек, знаешь, что у него где лежит. На каждую рыбу свой крючок.

П о л я к о в а. Люди! Люди! Вот! Вот! Сам говорит! Что молчите? Хватайте его! Держите! Шельма!

З и г з а г(отступает). Кому не нравится – сваливай! И ты, старая, давай вали, давай со своими узлами! (Бросает один из узлов воду, Полякова с визгом бросается доставать. Между тем сам ловко перескочил на затопленную беседку.)

З и г з а г(весело). На каждую рыбу своя наживка. Старика голодом морит, а золотишка нарыла. И золотишка, и зелени. Нарыла!

П о л я к о в а(обреченно). Лю-ди… лю-ди…

А н н а. Сдачу-то вернешь?

З и г з а г. Лодка – твоя. Слышали? Ее лодка – ее закон. Обиды не держи. Я – не свой. Я – ничей. Откуда я? Кто? Не знаю. Я – ветер. Может, еще загляну. Но не обещаю. Бывай, Анна!

А н н а. Буду…

З и г з а г. Будь. Какая ты есть. Женщина.

А н н а. Кем мне еще быть? Буду.

 

             Где-то далеко, за беседкой, за крышами, появляется

             Учительница.

 

У ч и т е л ь н и ц а. Я к вам! К вам! Ваш сын в школу не ходит! Слово корова пишет через «а»!

А н н а(вздохнула). Я знаю…

У ч и т е л ь н и ц а. Он с мальчишками из четвертого «Б» в подвале на Пролетарской сидит.

А н н а. Знаю я этот подвал.

У ч и т е л ь н и ц а. Вода поднялась, Пролетарскую залило. Они дверь изнутри закрыли, глупые, дурачки, слово корова пишут через «а», вода протекает. Дверь тяжелая, заклинило, я открыть не могу!

 

                                              Пауза.

 

Вода течет, течет, глупые, дурачки, слово корова пишут через «а». Утонут!

А н н а. Через «о» пишется слово корова, через «о».

У ч и т е л ь н и ц а. Утонут, дурачки!

А н н а. Через «о»!

У ч и т е л ь н и ц а. Уто-нут!

 

                       В отдалении появляется Помощник.

 

П о м о щ н и к. Николай Иваныч! Нашли, наконец-то! Мы дальше не пройдем! Давайте к нам! (После паузы.) Давайте! В штабе ждут!        

Д е п у т а т(после паузы, берет костюм, подходит к краю лодки, оборачивается к Анне). Все нормально будет, не беспокойтесь, распорядимся.

П о л я к о в а(хватает Депутата за руку). Ограбили!

Д е п у т а т. Распорядимся.

П о л я к о в а. Знаю я ваши распоряжения! Сама распоряжалась!

У ч и т е л ь н и ц а. Уто-нут дети!

А н н а. Не пущу! (Пытается удержать Депутата, но он сильнее и ее, и Поляковой, после короткой борьбы он прыгает в воду)

Д е п у т а т(уплывает, гребет одной рукой, на голове держит костюм, оборачивается, с отдышкой). Все нормально будет, товарищи, все нормально…

 

                                                  Пауза.

 

А н н а(в отчаянии, Хрумкину). Что ж вы меня плавать не научили?

Х р у м к и н(растерянно). Я физкультуру не преподавал… Я преподавал совсем другие вещи…

А н н а(злобно). Надо было научить! Ничего важнее нет! Когда вода кругом… (Раскачивается. Голосит.) Сынок! Сы-нок! Что ж ты в школу не по-ше-л? Что ж меня плавать не научили?

З и г з а г. Э-эх! Своих не жалел, чужого пожалел! Где там этот хренов подвал, показывай!

 

                                                     П

 

З и г з а г. Где этот хренов подвал? Показывай!

У ч и т е л ь н и ц а. Там! (Истерично,) Залило! Дверь залило!

З и г з а г. Не верещи! Куртку держи! Крепко держи! Как родную!

У ч и т е л ь н и ц а. Тяжелая!

З и г з а г. Намокла. Держи! Крепко! Да не реви! Корова! Сколько их там?

У ч и т е л ь н и ц а. Трое. Один плюс один плюс один… Дети! Заброшенные! Двоечники! Не нужны никому! Клей нюхают, совсем дураками станут!

З и г з а г. Чертова дверь! Готовься! Сейчас вышибу! Куртку держи!

              

            После паузы, заполненной плеском и ревом воды.

 

З и г з а г. Бери!

У ч и т е л ь н и ц а. Коля! Иванов! Боже ты мой!

З и г з а н. Живой?

У ч и т е л ь н и ц а. Живой!

 

           Пауза. Плеск, рев воды.

 

З и г з а г. Принимай!

У ч и т е л ь н и ц а. Петя! Петя! Открой глаза! Петя!

З и г з а г. Воды нахлебался. Оклемается! Сколько осталось?

У ч и т е л ь н и ц а. Один плюс один – два. Три минус два – один!

 

                                 Пауза. Плеск, рев воды.

 

З и г з а г. Держи третьего. Куртку давай!

У ч и т е л ь н и ц а. Нет куртки. Водой в подвал унесло. Не удержала.

З и г з а г(орет). Дура безмозглая!

У ч и т е л ь н и ц а. Что куртка! Я вам куплю!

З и г з а г. Ду-ра! Эх! Своих не жалел, а тут чужих пожалел…

 

                                 Пауза. Плеск, рев воды.

 

У ч и т е л ь н и ц а. Мужчина! Куда вы?! Мужчина! Я вам другую  куплю!  Мужчина! Мужчина! Мужчи… (После паузы.) Мамочка… О-й!

 

                                    Плеск воды. Тишина.

 

                                                     Ш

 

         В лодке. Застывшая фигура Анны. Неподвижная, растерзанная

         Полякова. Нахохлившиеся, как воробьи, молодые.

         Погруженный в себя Хрумкин. Далеко, на крыше сарая

         появляется Петя.

 

П е т я. Мама! Мама! Я – живой! Вот! Совсем живой! Я думал, что уже умер. Умирать страшно!

А н н а. Страшно, сынок.

П е т я. Я в школу пойду, школа на горке, там сухо. Учительница сказала, там есть дадут. Учительница хорошая.

А н н а. Покушай, сынок, покушай.

П е т я. Нас Зигзаг вытащил. Он одного мальчика тащил, а тот уже умер совсем и не хотел. Потом опять стал живой. А у Зигзага куртку вода утащила. Он за курткой нырнул и не вернулся. Учительница сказала, он утонул. Мама, он утонул?

А н н а. Он – ветер, сынок. Он ушел.

П е т я. Он вернется?

А н н а. Может, вернется. Но не обещал. У него семь жизней. Может, не все еще прожил.

П е т я. Он меня научил рыбу ловить. Я тебе, знаешь, какую рыбу поймаю!

А н н а. Поймаешь, сынок, поймаешь.

 

                                 Петя скрылся. Пауза.

         Неожиданно звонит забытый Депутатом мобильник.

 

А н н а. Звонит… (Мрачно.) Господь Бог!

Х р у м к и н. Что вы сказали?

А н н а. Господь Бог, говорю, звонит!

Х р у м к и н(взял телефон, напряженно вслушивается). Молчат…

П о л я к о в а. А что он нам может сказать-то? Что он нам может сказать?!              

Х р у м к и н(в трубку). Прав ты, Господи… Все что ты сделал – хорошо. Солнце всходит и заходит. Небо великолепно. Звезды по ночам светят… Хорошо… Мы просто этого понять не можем.  Закрыты от нас пути твои. Странный народ. От преступления до подвига один шаг. Кто его поймет? Прости нас, Господи… (Положил телефон. После паузы.) Как его звали, этого парня?

А н н а. Зигзаг. Это не имя. Люди. Как его звали, мне самой бы хотелось знать… Как его мать назвала.

 

                        Молодой встал, тянет подругу.

 

О н. Пошли!

О н а. Куда?

О н. Не куда, а откуда. Отсюда!

О н а. Я боюсь…

Он. Не бойся.

 

                                Они становятся на край лодки.

 

П о л я к о в а(злобно). Некуда отсюда бежать! По-живе-те на мою пенсию! Еще поживете на мою пенсию!

А н н а. Сумасшедшие… Там – вода!

 

            Молодые прыгают за борт… и идут по воде, не погружаясь.

            Пауза. И тут все меняется. Полякова снимает парик, Анна

            потягивается, Хрумкин вытаскивает сигареты.

 

П о л я к о в а. Ну что, закончили?

А н н а. Закончили.

П о л я к о в а. Как сегодня?

Х р у м к и н. Первый акт сжевали, а так – ничего.

П о л я к о в а. Я, вроде перекричала?

А н н а. Немного.

П о л я к о в а. Перекричала.

М о л о д о й. Где Виталик? Мне опять лодку тянуть? Тут гвоздей понатыкано. Прошлый раз брюки порвал. Молодой, значит, отдувайся. (Поворачивается в зал.) Что смотрите? Это сцена. Это театр. Можно расходится.

А н н а. Театр он и в Африке театр. Наша работа. (Уходит.)

 

                     Все расходятся. Молодой тянет лодку.

 

М о л о д о й. Имитация. Подделка. Декорация. Бутафория. Фальшивые чувства. Понарошку. Не взаправду! Это не вода. Без паники. Вас не зальет! Это доски. Вот он, гвоздь! Пол. Сцена. Можно расходиться. Можно спать спокойно. Все нормально. Все хорошо. Вас не зальет! Те-атр!

 

            На опустевшую сцену выбегает Петя, в его руках бьется

            живая рыба.

 

П е т я. Мама! Мама! Я рыбу поймал!

                                                                                                  

ч

 

                                                     К о н е ц

аренда офис астана ||||